— Ага.

— А где твой папа?

— Он умер.

— Умер?

— Еще до того, как я родился.

Джек посмотрел на женщину, которая бросила на сына убийственный взгляд.

— Она говорит, что я слишком много болтаю.

— Мое предложение остается в силе. Вам разве не нужно в город?

То ли на женщину повлияла его настойчивость (хотя она не походила на тех, кто легко сдается), то ли она решила, что Джек не представляет опасности, а может быть, сыграло роль упоминание о тени, но она явно заколебалась.

— Наверно, это ваш нож ее испугал, — заметил Дэвид, проследив за взглядом матери.

— Только и всего? — И Джек расстегнул кожаные ножны. Женщина испуганно сжалась. Джек достал нож из чехла и, положив его на ладонь, присел на корточки перед Дэвидом.

— Это сделал индейский воин, Дэвид. Воин команчей. Много лет назад.

— Ух ты! — благоговейным тоном воскликнул мальчик. Уже протянув руку к оружию, он в последний момент робко ее отдернул.

— Ничего страшного. Ты можешь до него дотронуться.

— А почему он такой кривой?

— Так раньше делали индейцы.

Дэвид провел пальцем по синеватому лезвию.

— Клево! — все с тем же благоговением сказал он. Джек медленно встал на ноги и, не отрывая глаз от лица женщины, положил нож обратно в ножны и вскинул вверх руки в знак того, что сдается.

Шутка ей не очень понравилась, но тем не менее женщина немного отошла в сторону и знаками дала понять, что Джек может посмотреть двигатель.

Сняв солнечные очки, он положил их в соломенную ковбойскую шляпу и поставил ее на крыло машины. Когда он нагнулся над двигателем, с его подбородка сорвалась капля пота и с шипением упала на мотор.

Это что-то новенькое, подумал Джек. До сих пор ему не приходилось Сталкиваться с глухими женщинами. Или с теми, кто так трясется за свою задницу. Повернувшись, он попросил женщину запустить двигатель и дать газ. Она выполнила его просьбу. Хотя Джек не слишком разбирался в машинах, тем не менее сразу понял, что произошло. Что-то забило топливопровод.